On the basis of three cases, i.e. the post‑electoral crisis in the Republic of Belarus (2020), the storming of the U.S. Capitol (2021) and the informational campaign against the Russian national messenger MAX (2025–2026), the article addresses messengers and social media as a segment of the media communication system that simultaneously promotes political actors and destabilizes the information environment. The material comprises publications of Telegram channels, official documents and fact‑checking data. Case‑study, comparative and content‑analytical methods are applied, alongside elements of collective action framing theory and agenda‑setting theory. It is shown that platform architecture structures the character of protest communication; that the 2025 disclosure of the work of NEXTA’s former chief editor for Belarusian foreign intelligence alters the interpretation of the Belarusian case; and that the campaign against MAX represents a new type of destabilization, in which the communication platform itself becomes the target. The conclusion about the dual nature of messengers and social media has been made.
В статье на материале трёх кейсов — постэлекторального кризиса в Республике Беларусь (2020 г.), штурма Капитолия в США (2021 г.) и информационной кампании против национального мессенджера МАХ в Российской Федерации (2025–2026 гг.) — мессенджеры и социальные медиа рассматриваются как сегмент медиакоммуникационной системы, одновременно выполняющий функции продвижения политических акторов и дестабилизации информационного пространства. Материалом послужили публикации Telegram‑каналов, официальные документы и данные фактчекинговых платформ. Применены методы кейс‑стади, сравнительного анализа и контент‑анализа, элементы теории фреймирования коллективного действия и теории установления повестки дня. Показано, что архитектура платформы структурирует характер протестной коммуникации; что обнародование в 2025 г. сведений о работе бывшего главного редактора канала NEXTA на белорусскую внешнюю разведку меняет интерпретацию белорусского кейса; что кампания против МАХ представляет новый тип дестабилизации, при котором объектом атаки становится сама коммуникационная платформа. Сделан вывод о двойственной природе мессенджеров и социальных медиа.
[Полный текст статьи отсутствует в исходных данных. Необходимо добавить текст из PDF или другого источника.]