The article deals with a systematic analysis of mirror imagery in Vyacheslav Ivanov’s poetics. Contrary to the established tradition of interpreting the mirror primarily as a symbol of illusory knowledge, the study substantiates the existence of three ontologically distinct types of mirror. The first type, the “mirror‑abyss,” is associated with motifs of absorption, loss, and illusory doubling. It corresponds to the paradigm of “idealistic” symbolism. The second type, i.e. the “mirror‑zercalo” (speculum), actualizes the semantics of a transparent medium, through which the archetype emerges. It is vividly embodied in the chorus of the Nereids from the tragedy “Prometheus,” where reflection transforms the reflectors themselves. The third type, the “mirror‑revelation”, leads to the theurgic limit, where the mirror becomes an ontological mediator. Its ultimate image is Christ as the “mirror of man.” The material includes poetry, tragedies, and theoretical works by Ivanov. The methodology combines historical‑literary, mythopoetic, and typological analysis. The methodological framework also incorporates the ideas of Jung, Eco, Hegel, and other contemporary scholars. The conclusion is made that the three‑part model of the mirror organically fits into Ivanov’s concept of “realistic symbolism” and Orphic anthropology, opening new perspectives for the study of Symbolist poetics as an integral worldview.
Статья посвящена системному анализу зеркальной образности в поэтике Вяч. Иванова. Вопреки традиции трактовать зеркало преимущественно как символ иллюзорного познания, в работе обосновывается существование трёх онтологически различных типов зеркала. Первый тип — «зеркало‑бездна» — связан с мотивом поглощения, утраты, иллюзорного удвоения; он соответствует парадигме «идеалистического» символизма. Второй тип — «зеркало‑зерцало» — актуализирует семантику прозрачной среды, через которую проступает первообраз, ярко воплощён в хоре Нереид «Прометея», где отражение преображает отражающих. Третий тип — «зеркало‑откровение» — выводит к теургическому пределу, где зеркало становится онтологическим посредником, а его предельным образом выступает Христос как «зеркало человека». Материал включает поэзию, трагедии и теоретические труды Вяч. Иванова. Методология сочетает историко‑литературный, мифопоэтический и типологический анализ с привлечением идей Юнга, Эко, Гегеля и современных исследований. Показано, что модель зеркала органично вписывается в «реалистический символизм» и орфическую антропологию, открывая перспективы для изучения поэтики символизма.
[Полный текст статьи отсутствует в исходных данных. Необходимо добавить текст из PDF или другого источника.]