В статье рассматривается понятийная категория несуществующего как значимый фрагмент языковой картины мира. Цель статьи — провести обзор современных лингвистических исследований категории несуществующего, выявить основные подходы к её изучению и наметить перспективные направления дальнейших изысканий. Автор обосновывает актуальность лингвистического изучения того, как язык фиксирует не только реальные, но и вымышленные объекты, отсутствующие в объективной действительности. В ходе исследования проанализированы научные труды отечественных и зарубежных лингвистов, рассматривающих категорию несуществующего через призму своих исследований в различных аспектах: семантико‑референциальном, грамматическом, ономастическом, словообразовательном и культурологическом. Особое внимание уделено механизмам языковой репрезентации несуществующего: роли модальности, сослагательного наклонения, отрицательных местоимений, префиксоидов (квази‑, псевдо‑, лже‑), нулевого знака и др. Отмечено, что несуществующее — не просто отрицание реальности, а самостоятельная функционально‑семантическая категория со своим планом содержания и выражения. В выводах обозначены перспективы изучения онтологического статуса несуществующего и его роли в различных видах дискурса.
The article deals with the conceptual category of the non‑existent as a significant fragment of the linguistic worldview. The aim of the paper is to review current linguistic studies of the category of the non‑existent, to identify the main approaches to its investigation, and to outline promising directions for further research. The author justifies the relevance of a linguistic study of how language encodes not only real but also fictional entities that are absent from objective reality. In the course of the study, scholarly works by Russian and foreign linguists were analysed. These works address the category of the non‑existent through various research perspectives, including the semantic‑referential, grammatical, onomastic, word‑formation, and cultural dimensions. Particular attention is paid to the mechanisms of linguistic representation of the non‑existent, among which are as follows: the role of modality, subjunctive mood, negative pronouns, prefixoids (such as quasi‑, pseudo‑, false‑), the zero sign, and other means. It is noted that the non‑existent is not merely a negation of reality but an independent functional‑semantic category with its own plane of content and expression. In the conclusions, prospects are outlined for studying the ontological status of the non‑existent and its role in various types of discourse.
[Полный текст статьи отсутствует в исходных данных. Необходимо добавить текст из PDF или другого источника.]